Стратегия ЦСР 2018–2024 гг.: лозунги, мифы и реальность

Главной темой журнала является анализ стратегий социально-экономического развития России, в подготовке которых сейчас участвует несколько экспертных центров, в том числе Центр развития стратегических разработок во главе с Алексеем Кудриным и Столыпинский клуб под руководством Бориса Титова.

Позиция экспертов Финансового университета.
Главной темой журнала является анализ стратегий социально-экономического развития России, в подготовке которых сейчас участвует несколько экспертных центров, в том числе Центр развития стратегических разработок во главе с Алексеем Кудриным и Столыпинский клуб под руководством Бориса Титова.

Первый раздел Вестника «Стратегии развития России» посвящен детальному разбору «Стратегии ЦСР 2018–2024 гг.», а также сравнению этой программы со «Стратегией Роста», разработанной по инициативе Столыпинского клуба по поручению Президента Пр-1347 от 14.07.2016. В настоящее время работу над этой программой продолжает Института экономики роста им. П.А. Столыпина, в научный совет которого входят также эксперты Финансового университета.

Обе программы были представлены Президенту на совещании по экономическим вопросам 30 мая 2017 года. Первая статья «Стратегия ЦСР 2018–2024 гг.: лозунги, мифы и реальность (позиция экспертов Финансового университета)» как следует из названия, содержит подробный анализ материалов указанной стратегии, доступных публично. А именно, презентации с совещания у Президента. К сожалению, более подробных материалов по Стратегии ЦСР не представлено и публичная дискуссия не ведется.

Коллектив авторов, включая ректора Финансового университета д.э.н., академика Э.М. Эскиндарова и проректора по научной работе д.э.н. А.М. Масленникова, ключевой проблемой Стратегии ЦСР назвал отсутствие «реальных экономических мер» реализации предложений, а также «внутренних резервов для достижения поставленных целей». Авторы отмечают, что большинство целевых индикаторов программы имеют слабое обоснование или же приводятся без обоснования. Стратегия ЦСР не раскрывает цепочку «цель – средство достижения – результаты».

Всего эксперты видят в программе ЦСР 7 ключевых недостатков:

  1. Не дана оценка и не определены внутренние резервы роста.

По мнению авторов, ключевые резервы лежат в области повышения эффективности и сокращения издержек. В этой связи идея ЦСР создания «консорциумов» напоминает опыт госкорпораций, которые оказались малоэффективными. Снижение тарифов, борьба с коррупцией, неоправданно высокие вознаграждения топ-менеджмента, бюрократизация также содержат большой потенциал высвобождения средств.

  1. Не определены условия развития человеческого капитала.

Повышение расходов на здравоохранение на 0,7 п.п. ВВП, предложенное ЦСР лишь «вернет расходы к уровню 2012 года», поскольку за последние годы сокращение таких расходов составило 0,6 п.п. ВВП. Повышение расходов на образование на 0,8 п.п. вообще не компенсирует снижение, составившее в 2013-2015 гг. 1,2 п.п. Авторы отмечают, что предложение повысить число глобальных университетов уже предусмотрено текущими документами развития РФ. В здравоохранении предложение ЦСР «заменить существующую систему оказания первичной медицинской помощи системой помощи на основе врачей общей практики» также не находит поддержки у экспертов Финансового университета, так как это противоречит рекомендациям ВОЗ.

Ключевая претензия в данном блоке касается повышения пенсионного возраста, которое в условиях снижение уровня жизни, отсутствия в Стратегии ЦСР планов создания новых рабочих мест приведет к существенному снижению уровня и качества жизни людей и вызовет  «новые всплески заболеваемости и смертности у лиц предпенсионного возраста». Предложения по повышению доходов населения и пенсий, по мнению авторов статьи, «носят декларативный характер».

Заложенный KPI повышения пенсий (на 30% к 2024 году) достигается автоматически при повышении пенсионного возраста. Реального роста благосостояния граждан предпенсионного и пенсионного возраста не произойдет.

  1. Нет опоры на конкретные триггеры в секторе материального производства.

Другими словами, в программе ЦСР «не выделены отрасли, которым следует придать ускорение в развитии <…> В частности, ничего не сказано о развитии обрабатывающих производств, приборостроения, станкостроения и др.» В программе ЦСР заложен незначительный рост инвестиций, который не сможет всерьез повлиять на динамику ВВП. Авторы отмечают, что «резкий рост инвестиций невозможен без концентрации промышленного капитала». При этом «ни одной стране в течение XX века не удалось перейти в развитое состояние без крупной концентрированной промышленности».

Цифровые технологии, которые также важно развивать, являются всего лишь «инструментом достижения поставленных целей», но без промышленности не дадут значимого вклада в ВВП и доходы бюджета. Критикуют авторы и KPI программы по направлению «Российская технологическая революция», в частности, количество патентов, доля машин и оборудования в российском экспорте, 10-20 стратегических консорциумов, цифровая инфраструктура к 2024 году, цифровизация государства. Эти KPI являются «слишком слабой задачей». В частности, цифровизация, перевод госуслуг в электронный вид и так идут быстрыми темпами.

  1. Предлагаемая тримодальная форма трансформации управления по трем важнейшим направлениям не предусматривает их синхронизации.

В частности, речь идет о «синхронизации на государственном уровне бюджетной, налоговой, денежно-кредитной и валютной политик». Это необходимо для мобилизации ресурсов, если речь идет о развитии экономики и решении структурных проблем. Авторы справедливо замечают, что «не может государственная на 70% экономика управляться исключительно «невидимой рукой рынка». В частности, задача технологического развития не решается без поддержки государства.

  1. Отсутствует важнейший элемент реализации Стратегии — определение источников финансовых ресурсов и мер в области денежно-кредитной политики.

«В представленной Стратегии полностью обойден вопрос о роли денежно-кредитной системы в аккумуляции денежных средств товаропроизводителей и населения, роли кредита в ускорении экономический рост». В целом, авторы солидарны с предложениями в части денежно-кредитной, бюджетной и валютной политики, изложенными в «Стратегии Роста».

  1. Чрезмерная категоричность в области налоговой политики.

Авторы отмечают, что, во-первых, задача «неповышения налоговой нагрузки» должна включать «запрет на введение новых фискальных платежей и некодифицированных налоговых платежей (парафискалитетов)». Это страховые взносы и прочие сборы, которые официально не являются налоговыми.

Во-вторых, при неизменной (или даже снижающейся) налоговой нагрузке и обеспечении стабильных налоговых условий, налоговая система все же нуждается в корректировке, при условии соблюдения правила неухудшения условий ведения бизнеса. В частности, в доработке нуждаются вопрос налогообложения производных финансовых инструментов, защиты от размывания налогооблогаемой базы и отмывания доходов, полученных преступным путем.

  1. Предлагаемый в Стратегии сценарий сохранения уровня расходов бюджета расширенного правительства в процентах к ВВП в 2018–2035 гг. не подкреплен оценкой обеспечивающих поступлений в бюджет.

Отдельно эксперты Финансового университета отмечают, что предложение ЦСР относительно развития крупнейших агломераций не подкреплено мерами повышения финансовой самостоятельности регионов и агломераций. Между тем, в территориальном развитии вопрос налогово-бюджетного маневра и обеспечения региональных и муниципальных полномочий является ключевым.

Кроме того, эксперты финансового университета задают следующие вопросы, относительно предложений Стратегии ЦСР:

  • Будет ли приватизация учитывать рыночную конъюнктуру? Жесткий KPI по приватизации 0,5% ежегодно вряд ли выполним.
  • Предложение «Регионы и города: ставка на сильных, забота о слабых», вероятно, усилит процессы концентрации экономического потенциала, отток ресурсов из сельской местности и малых городов. Не указано, что должно быть сделано в части расширения полномочий лидирующих городов. Не указано, какие финансовые ресурсы при этому будут им даны.
  • Нет конкретных шагов институциональных преобразований, не понятен путь технологического развития.

Ключевой вывод, который делают авторы по итогам анализа Стратегии ЦСР заключается в том, что «Стратегии явно не хватает серьезного фундамента, основанного на комплексном взаимодействии четырех «Р»: Ресурсы – Резервы – Развитие человеческого капитала (условий для творчества, инноваций, повышения производительности труда) – Регулирование в целях развития реального сектора экономики.»

Источник: Вестник Финансового Университета

5

Похожие записи

Написать комментарий