Рамки для силовиков: как можно защитить интересы бизнеса

Можно долго ждать изменения сознания правоохранителей, а можно уже сейчас с помощью поправок в Уголовный кодекс и прокурорского надзора постепенно снижать силовое давление на бизнес.
1471256068_1

Можно долго ждать изменения сознания правоохранителей, а можно уже сейчас с помощью поправок в Уголовный кодекс и прокурорского надзора постепенно снижать силовое давление на бизнес.

Есть ли у российского бизнеса нереализованный потенциал, который способен подтолкнуть экономику? Мы — авторы «Стратегии роста» — уверены, что есть. И в его высвобождении немалую роль может сыграть решение проблемы незаконного или недобросовестного уголовного давления. Пока что, к сожалению, правоохранители, да и суд исповедуют в этой сфере откровенно карательный, чрезмерно жесткий подход, в любом бизнесмене видя преступника.

Интересно, что главные недостатки правовой системы в ее применении к бизнесу мы с нашими оппонентами из ЦСР видим одинаково. Мы сходимся в том, что уголовное преследование в экономической сфере сегодня используется необоснованно широко, подменяя собой гражданское право. Абсолютно верно, что доследственные проверки, не требующие санкции суда, приносят предпринимателю не меньший, если не больший вред, нежели заключение в СИЗО (мне ли как омбудсмену этого не знать). И вот под этим выводом готов подписаться: «Средства уголовно-правовой защиты должны применяться только там, где потерпевший не способен предупредить совершение преступления и не имеет возможностей восстановить свои права гражданско-правовыми инструментами».

Осталось только решить, какими средствами можно изменить в экономике нынешнее перекошенное соотношение между уголовным и гражданским правом. У нас рецепты есть. А у оппонентов — нет. С этим медицинским фактом и будем жить. А пока что давайте поближе рассмотрим, в чем проблема и какие могут быть решения.

Силовики против бизнеса

Для начала нужно в ручном режиме отрегулировать правоприменение, а в долгосрочной перспективе — изменить сам подход, саму философию правоохранительной деятельности.

Мы считаем, что оперативно-разыскные мероприятия и следственные действия сегодня очень слабо регламентированы, свобода действий правоохранителей слишком велика. В 2016 году Генеральная прокуратура выявила пять млн нарушений, допущенных в ходе досудебного производства органами дознания и следствия. В среднем — 2,5 нарушения на одно зарегистрированное преступление. За год отменено 19 тыс. постановлений о возбуждении уголовных дел. Выданы предписания о привлечении к дисциплинарной ответственности 165 тыс. должностных лиц из правоохранительных органов. Однако на деле эта ответственность в подавляющем большинстве случаев ограничивается замечанием или выговором. Надо ли говорить, что такой уровень ответственности несоразмерен с причиненным ущербом, когда речь идет о делах против предпринимателей? Нужно ввести административную ответственность за незаконные и необоснованные оперативно-разыскные мероприятия и следственные действия либо за грубые нарушения при их проведении.

Нельзя не отметить, что среди всех правоохранителей именно прокуратура демонстрирует наиболее адекватное отношение к бизнесу. Именно она была первым силовым ведомством, которое создало совместную рабочую группу с институтом уполномоченного — причем не только на федеральном уровне, но и во всех регионах. За последние три года проведены комплексные проверки во всех важнейших сферах, в ходе которых пресечено нарушение прав более 170 тыс. хозяйствующих субъектов. Погашено более 50 млрд руб. задолженности по государственным и муниципальным контрактам. Успешно разрешено несколько десятков обращений к уполномоченному, в том числе такие резонансные, как дела Дмитрия Каменщика или Александра Хуруджи.

Мы уверены, что прокуратуре нужно дать больше полномочий — как это и было прежде. Ввести обязательность санкции прокурора на доследственные проверки и гласные оперативно-разыскные мероприятия по экономическим преступлениям. Без согласия прокурора уголовные дела не должны возбуждаться, и он же должен иметь право отменять решение о возбуждении дела. Возобновление ранее приостановленных или прекращенных дел — тоже исключительно по согласованию с органами прокуратуры. Только с санкции прокурора — избрание меры пресечения, связанной с ограничением свободы. Кроме того, нужно предоставить стороне защиты право подавать прокурору «заключение защиты» (одновременно с обвинительным заключением следствия) — с обязательным приобщением к материалам дела.

Нужно больше порядка и в следственных действиях. Мы предлагаем установить единый порядок проведения обысков и выемок. Уточнить порядок изъятия имущества и документов и сроки их возврата (следователи должны доказывать, что изъятое имущество имеет отношение к преступлению).

Дела и статьи

Есть и другие действенные меры для борьбы с необоснованным возбуждением уголовных дел. Нужно скорректировать 90-ю статью Уголовно-процессуального кодекса в соответствии с постановлением Конституционного суда № 30-П: в делах о налоговых спорах, неисполнении контрактов или кредитных договоров решение арбитражного суда либо суда общей юрисдикции должно иметь преюдициальную силу и влечь прекращение (и невозможность возбуждения) уголовных дел.

Было бы очень полезно зафиксировать в качестве норм УПК и УК постановление прошлогоднего пленума Верховного суда № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». В том числе и зафиксировать понятие «предпринимательская деятельность».

Ходатайство о «втором» продлении меры пресечения мы предлагаем отнести к компетенции вышестоящего суда. Продление меры пресечения в третий раз — к исключительной компетенции Верховного суда России.

Кроме этого, мы предлагаем исключить наказание в виде лишения свободы за некоторые наименее общественно опасные экономические преступления (в том числе по ч. 2 ст. 146 (нарушение авторских и смежных прав), ч. 1 ст. 171 (незаконное предпринимательство), ч. 1–4 ст. 171.1 (производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт товаров и продукции без маркировки), ч. 1 ст. 180 (незаконное использование средств индивидуализации товаров), ч. 1 ст. 194 (уклонение от уплаты таможенных платежей), ст. 198 (уклонение от уплаты налогов и сборов).

Необходимо расширить основания прекращения уголовных дел при условии возмещения ущерба (дополнить перечень составов, на которые распространяется ст. 76.1 УК, ст. 146 (нарушение авторских и смежных прав), 147 (нарушение изобретательских и патентных прав), ч. 5–6 ст. 159 (мошенничество), ч. 1 ст. 201 (злоупотребление полномочиями).

В отношении ряда экономических преступлений небольшой и средней тяжести нужно ввести административную преюдицию: лицо привлекается к уголовной ответственности, только если в течение определенного времени после одного или более административных наказаний совершит такое же нарушение (в частности, нарушение авторских прав, таможенного и налогового законодательства).

Знаменитую статью УК о мошенничестве вообще стоит полностью переработать, исключив ее применение к хозяйственным спорам. По ст. 159–159.6 УК установить принцип «за квалифицированное мошенничество ответственность больше», снизив при этом ответственность по общему составу статьи.

Мы также предлагаем устранить необоснованное распространение квалифицирующего признака «группа лиц по предварительном сговору» и необоснованное вменение 210 УК.

В общем, предложений много. Будем их воплощать, для того, собственно, институт бизнес-омбудсмена и работает. Нужно сделать главное: установить в деле борьбы с экономической преступностью рамки, выйти за которые недобросовестным «борцам» будет сложно. А когда настанет счастливое время и честные предприниматели смогут не опасаться людей в погонах, тогда и подумаем, как жить дальше. За один миг мировоззрение правоохранителей не изменится, это точно. В отличие от оппонентов, мы реалисты.

Борис Титов

Источник: http://www.rbc.ru

0

Написать комментарий