Российская экономика рискует не вернуться из режима изоляции

Бизнес, как и власти, не может придумать безопасную альтернативу режиму самоизоляции.

Институт экономики роста (ИЭР), возглавляемый бизнес-омбудсменом Борисом Титовым, и Институт народнохозяйственного прогнозирования Российской академии наук (ИНП РАН) сообщили «НГ», что при продлении карантинных мер на полгода российская экономика пройдет «точку невозврата»: падение ВВП и доходов населения составит соответственно 20 и 15%. Но даже трехмесячный режим изоляции наносит экономический ущерб, угрожающий социальной стабильности. Опрошенные предприниматели признают, что с точки зрения защиты здоровья и жизни граждан альтернативы для карантинных ограничений нет. Поэтому усилия нужно направить на смягчение последствий экономической паузы.

Специалисты ИЭР и ИНП РАН решили выяснить, когда будет пройдена «точка невозврата» для российской экономики в случае продления карантинных ограничений разной степени жесткости. Для анализа были взяты два сценария – продолжительность карантинных мероприятий 2–3 месяца и 6-месячный режим изоляции. Результаты анализа изложены в соответствующей аналитической записке (есть в распоряжении «НГ»).

Российский ВВП сократится на 4–5% в сценарии с карантинными ограничениями сроком на 2–3 месяца. В случае 6-месячной изоляции падение ВВП РФ достигнет 18–21%. Доходы населения в первом случае сократятся на 5–6%, во втором – уже на 15%.

«Потенциал сокращения занятости составляет в сценарии с карантином на 2–3 месяца 4,5 млн человек и до 14 млн человек в сценарии карантина на 6 месяцев», – сообщили авторы исследования.

И даже если карантинные мероприятия будут введены на три месяца, «экономике будет нанесен существенный ущерб». «В этом сценарии основные риски могут переместиться из сектора малого и среднего бизнеса в финансовую систему. Замедление скорости обращения наряду с нарастанием кризиса просроченной задолженности финансовых ресурсов может лишить банковскую систему значительной части доходов и потребовать реализации экстраординарного пакета поддержки. В этих условиях можно будет говорить о том, что экономический ущерб станет неприемлемым с точки зрения сохранения социальной стабильности в стране», – предупреждают аналитики.

Соблюдение режима изоляции более трех месяцев «уже невозможно будет обеспечить за счет имеющихся ресурсов государства, населения и бизнеса».

«Точка невозврата» для российской экономики наступит, если карантин продлится шесть месяцев», – считают в ИЭР и ИНП РАН. В этом случае комбинированный удар по финансовой системе будет нанесен по следующим каналам.

Во-первых, отсутствие поступлений по кредитам подорвет доходную базу банков, их прибыль, развитие продуктов и филиальной сети. Во-вторых, невозможно будет оценить кредитоспособность заемщиков в новых условиях, а значит, банкам трудно будет выдавать новые кредиты. В-третьих, «масштабная государственная поддержка существенно исказит картину рынка, сбив ориентиры для инвесторов на будущее».

При этом авторы обзора напоминают, что экономика РФ «фактически находилась в стагнации в течение10 последних лет». И прогнозируемое даже после краткосрочного режима изоляции падение ВВП и доходов граждан будет «носить драматический характер». По реальным располагаемым доходам населения мы опустимся на уровень 2009 года, уточнили аналитики.

Некоторые опрошенные «НГ» представители предпринимательского сообщества считают, что последствия режима изоляции будут еще хуже, чем даже предполагают авторы аналитической записки.

«По поводу снижения ВВП в сценарии с карантином в два-три месяца, я считаю, что он сократится гораздо сильнее – на 10–15%. В сценарии с карантином в шесть месяцев я думаю, что снижение ВВП будет до 40%, – сказал «НГ» член генерального совета «Деловой России» Павел Гагарин. – И доходы населения соответственно снизятся на 50% в случае карантина до трех месяцев и на 70–80% в ситуации карантина около шести месяцев. Потенциал сокращения занятости в сценарии с карантином на два-три месяца, на мой взгляд, около 15 млн человек. И в сценарии с карантином на шесть месяцев это 50 млн человек».

Так что экономическая «точка невозврата» может наступить значительно раньше, следует из прогнозов эксперта. Но настоящим рубежом, судя по его комментарию, станет решение властей ввести режим чрезвычайного или военного положения. «Это будет отмена частной собственности, мораторий на все финансовые операции, остановка торговли, всех бизнесов», – пояснил Гагарин.

Однако среди этих прогнозов и сценариев не хватает еще одного расчета: какие потери ждут страну, экономику в случае, если в России будет пройдена, скажем так, эпидемиологическая точка невозврата. Если число заболевших и погибших от новой коронавирусной инфекции увеличится в разы, достигнет максимальных значений – допустим, приблизится к тому уровню, который сейчас фиксируется в США, или даже превысит его.

Директор Института экономики роста Анастасия Алехнович сказала «НГ», что такие расчеты не проводились. При этом в бизнес-сообществе признают, что фактически с точки зрения защиты здоровья и жизни граждан альтернативы для карантинных ограничений не существует.

«Сейчас важнейший вопрос – это эффективность мер, принимаемых в части лечения и профилактики болезни», – уточнила Алехнович.

«К сожалению, опыт других стран, которые раньше России начали карантинные мероприятия, показывает, что альтернативы нет. Или жесткий карантин и наиболее быстрый выход из него с максимальной остановкой экономики, или работа производств, торговли и сферы услуг, но при этом мы получим большое количество заболевших и кризис медицинской сферы», – пояснил «НГ» первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал. По его словам, безопасный выход из сложившейся ситуации сейчас сложно представить: «Либо здоровье людей, либо экономические потери. Золотой середины здесь, увы, нет».

Однако, как считает Павел Гагарин, все же можно сделать чуть иначе: «Можно было бы разрешить функционирование предприятий частично с соблюдением социальной дистанции, с измерением температуры. Так можно было бы обеспечить функционирование бизнеса хотя бы на 30–40%».

Постепенно открывать предприятия малого и среднего бизнеса со всеми мерами предосторожности, например рестораны с широкой рассадкой между столами; соблюдать ограничения по количеству человек, одновременно находящихся в помещении; возобновлять экономическую деятельность с помощью тех работников, которые уже переболели, перечисляет возможные варианты директор офиса продаж компании «БКС Брокер» Вячеслав Абрамов.

«Что касается мер крупного бизнеса, то это проведение активных противоэпидемических мероприятий на производстве. Здесь процесс уже пошел, – уточнил в беседе с «НГ» замдиректора ИНП РАН Александр Широв. – Для малого и среднего бизнеса подходит постепенное открытие сфер деятельности с контролем уровня заболеваемости. Этот процесс может растянуться на 1–2 месяца, а в отдельных сферах и больше».

Бизнес-сообщество призывает в условиях, когда нет альтернативы режиму изоляции, смягчать последствия экономической паузы. Во время карантинного периода нужны меры, направленные прежде всего на поддержку бизнеса и населения. А после завершения режима изоляции необходимо масштабное стимулирование спроса в экономике. «Именно сейчас необходимо разработать и начать реализовывать полноценную стратегию развития несырьевой экономики России», – призвали также в ИЭР и ИНП РАН.

«Абсолютно точно можно сказать только одно – после завершения пандемии социально-экономическая ситуация, в которой окажутся наша страна и мир в целом, будет принципиально отличаться от той, с которой мы имели дело в начале года», – обратил внимание доцент Российского экономического университета им. Плеханова Алексей Гришин.

«Что интересно, пока создается такое впечатление, что большинство игроков стараются игнорировать данный факт – распространен подход «надо пересидеть кризис, и затем можно продолжать работать, как прежде», – добавил экономист.

Период посткризисного восстановления экономики может быть сокращен, если в том или ином виде будут задействованы плановые инструменты, произойдет переход к широкому вмешательству государства в экономические процессы, предполагает Гришин.

Однако для стран с рыночной экономикой использование элементов подобной модели означает мощные преобразования: такие как создание значительного сектора государственной экономики, широкое использование государственных заказов, существенное ослабление позиций частного бизнеса.

И хоть такие меры теоретически позволят обеспечить социальную защиту населения, возможность их реализации находится под большим вопросом, ведь это будет еще одна драматическая дилемма для власти и общества. 

Анастасия Башкатова
Заместитель заведующего отделом экономики «Независимой газеты«

4