Олег Дерипаска возглавил наблюдательный совет Института экономики роста имени Столыпина

Олег Дерипаска

Внешняя конъюнктура располагает к ускоренному экономическому росту в России, но достигнуть его не удастся без изменения денежно-кредитной политики. Об этом 13 мая заявил новый глава наблюдательного совета Института экономики роста имени Столыпина Олег Дерипаска.

«От доктрины макроэкономической стабилизации правительство перешло к таргетированию экономического роста (по крайней мере на словах), – отметил, открывая расширенное заседание набсовета Института экономики роста, Уполномоченный при Президенте России по защите прав предпринимателей Борис Титов. – У нас было время, когда необходимость роста вообще оспаривалась. Но риторика изменилась, а вот экономическая политика пока не очень.

Между тем изменения невозможны без перемен в денежно-кредитной политике. По параметрам развития финансовых и фондовых рынков, доступа к кредитованию, привлечению акционерного капитала Россия существенно уступает ведущим экономикам мира».

Дискуссию о необходимых переменах открыл основатель компании «Базовый элемент» Олег Дерипаска. Именно он, по выражению Титова, «взял на себя сложную роль»,  возглавив наблюдательный совет Института экономики роста.

«После пандемии наступают новые интересные времена, – отметил Дерипаска. – В стране есть безусловный потенциал роста на 10-12 лет, причем с очень хорошими темпами. Осталось определиться, каким на этот раз он будет по качеству. На какой срок? В каких регионах и секторах? Какие слои населения будут его бенефициарами?

Внешняя конъюнктура для нас благоприятна. Будет расти возобновляемая энергетика, возрастет спрос на полуфабрикаты. Если мы в ближайшие семь лет сможем переработать хотя бы треть своего сырья в полуфабрикаты, то это будет означать миллионы новых рабочих мест, более пропорциональное развитие регионов.

Снятие транспортно-логистических ограничений увеличит мобильность рабочей силы и потянет за собой развитие сферы услуг – строительства, гостиничного сервиса, туристического бизнеса и т.д.

Причем благоприятная конъюнктура в виде роста цен на сырье вызвана именно мягкой денежно-кредитной политикой, которую проводят развитые страны. Адское количество денег в мире напечатали, почти 15 триллионов долларов. Поэтому нет альтернативы уменьшению зависимости от импорта конечной продукции.

Мобилизационный этап госкапитализма дал свои плоды. У страны хорошая стартовая ситуация:, минимальный долг, отсутствие серьезных проблем в банках на ближайшие 3-5 лет. Надо, чтобы смягчающие антикризисные шаги, предпринятые в прошлом году, превратились в предпосылки для экономического роста. И здесь не обойтись без Центрального банка.

Не то, чтобы это был наш последний ресурс, но надо понимать, что санкционные ограничения отразились на доступе к мировым рынкам капитала. Сейчас мы ищем деньги внутри России, а здесь есть, грубо говоря, три банка, которые тебе диктуют ставки.

Поэтому нужно развивать внутренний долговой рынок. Если уровень полномочий мегарегулятора сводится к тому, чтобы задушить любую инициативу, где бы она не возникала – в криптовалюте, в работе с клиентами, в независимых банковских и финансовых институтах, то не проще ли вернуться к прежнему варианту? Разделить мегарегулятора, опять образовать комиссию по ценным бумагам. С учетом необходимости развития долгового рынка у правительства появится реальный инструмент. А если они согласны с тем, что пришло время перемен…

«Жадный» бизнес понял намеки главы правительства. Важно, какой будет следующий вариант обсуждения – то ли у доктора, то ли в цивилизованной форме. Нам сказали, что надо делиться, надо вкладываться в развитие, и мы согласны. Но тогда нужно поменять и мандат ЦБ. Почему он сохраняется в концепции 1990 годов? Где темпы экономического роста? Где создание рабочих мест?

Мы идем к тому, что у нас в бюджете будет за следующие три года профицит либо 10 триллионов рублей, либо 18. Сумасшедший ресурс. В банковской системе прибыли триллионные. И если предпринимателям говорят – давайте вместе развивать, обсуждать, что вы делаете со своей прибылью (интимная вообще-то вещь), но тогда давайте и ЦБ посадим в эту же лодку. 

Долговой рынок у нас практически отсутствует. На 115-триллионную экономику 30 триллионов облигаций, 15 из которых минфиновские, еще 10 – государство с нефтяным сектором. Банкам выгоднее нас обложить обеспечительными мерами, ковенантами, которые раздевают бизнес до трусов. Это самая кабальная система в мире. Ты даже не можешь досрочно провести погашение кредита, потому что за это назначаются штрафы. Давайте создадим альтернативу – нормальный ломбардный список. Если создали кредитные агентства, надо верить их рейтингам в отношении заемщиков. Надо научиться секьюритизировать ипотеку. У нас четверть населения страны даже формально не может претендовать на ипотеку. Перегрузили, перебоялись.

Если предприниматели, зарабатывающие на сырьевой волне, вкладываются в Россию, то эти вложения должны стимулироваться. Налоговыми вычетами и так далее. Потому что в текущей ситуации они рискуют деньгами. 

Это еще и вопрос национального экономического суверенитета. Есть, конечно, надежды на геополитические компромиссы в ближайшие два года, на смягчение ситуации, но все равно нужно тренироваться, раз нас тренируют. Если есть угроза отключения от долгового рынка, отключения от SWIFT, значит надо создавать свои расчетные системы, не бояться делать эмиссию. И не хочется, чтобы наш цифровой рубль был довеском к платежной системе одного из банков, хочется, чтобы он стал реальным инструментом.

Есть инструменты для достижения через пять лет полного экономического суверенитета. Надо лишь ими воспользоваться».