Антон Свириденко,
исполнительный директор Института экономики роста им. П. А. Столыпина:
Национальные проекты в России сегодня, по сути, главный механизм концентрации государственных ресурсов на стратегических направлениях развития. Они задают приоритеты для бюджетной политики, собирают вокруг целей федеральные и региональные деньги, выступают инструментом долгосрочного планирования и создают спрос для инфраструктурных, технологических и социальных отраслей экономики.
В российской модели последних лет, в условиях ограниченности доступного капитала для бизнеса, именно нацпроекты стали одной из основных форм реализации политики развития – когда государство не просто перераспределяет средства, а пытается через крупные программы направлять структурные изменения в экономике.
Прошлый цикл нацпроектов (2019–2024) в значительной степени был ориентирован на решение базовых задач: строительство и модернизацию инфраструктуры, дорог и транспорта, цифровизацию госуслуг, модернизацию здравоохранения, поддержку демографии, обновление школ и социальной инфраструктуры. Можно спорить о степени достижения KPI, но в целом именно через нацпроекты были профинансированы многие крупные стройки, региональные программы, дорожные проекты, объекты здравоохранения и цифровые сервисы государства. Во многом именно они позволили удержать инвестиционную активность государства в период пандемии и последующих внешних ограничений.
Новый цикл нацпроектов (2025–2030) уже заметно отличается по структуре. Сейчас гораздо сильнее выражен акцент на технологическом суверенитете, промышленности, автоматизации, беспилотных системах, новых материалах, импортозамещении, транспортной и энергетической независимости. То есть нацпроекты постепенно превращаются не только в социальный, но и в промышленно-технологический инструмент экономической политики.
На реализацию новых нацпроектов предусмотрено около 5,7 трлн руб. в 2025 г., 6,2 трлн руб. в 2026 г. и 6,3 трлн руб. в 2027 г. Общий объем финансирования нового цикла на шесть лет оценивается более чем в 57 трлн руб., из которых свыше 40 трлн руб. – финансирование из средств федерального бюджета, остальное – внебюджетные источники и инвестиции.
По итогам 2025 г. финансирование новых нацпроектов достигло 99,8% от запланированных средств (около 5,96 трлн руб.). Это показывает, что, несмотря на рост нагрузки на бюджет и усиление конкуренции за госресурсы, нацпроекты остаются одним из безусловных приоритетов экономической политики государства.
С точки зрения влияния на экономику нацпроекты сейчас выполняют несколько ключевых ролей. Во-первых, они поддерживают внутренний спрос и инвестиции. В условиях ограниченного внешнего финансирования и санкционного давления госрасходы становятся одним из главных драйверов экономики. Во-вторых, они помогают удерживать региональное развитие: для многих регионов федеральные нацпроекты – фактически единственный источник крупных инвестиций в инфраструктуру и социальную сферу. В-третьих, они, компенсируя провалы внутреннего частного потребления, формируют долгосрочный спрос для ряда отраслей – строительства, машиностроения, IT, транспорта, фармацевтики, электроники. Для экономического роста сейчас особенно важны инфраструктурные проекты (дороги, ЖКХ, транспорт, городская среда), технологические и промышленные проекты (снижают зависимость от импорта и обеспечивают создание собственной промышленной базы), а также проекты, связанные с человеческим капиталом, – без решения проблемы дефицита кадров и демографии устойчивый рост экономики ограничен.
При этом у текущего цикла нацпроектов есть и очевидные ограничения. Главный вопрос – бюджетная устойчивость. Формально финансирование нацпроектов сохраняется на высоком уровне, но одновременно усиливается конкуренция за бюджетные ресурсы. Как и в прошлом году, в 2026 г. мы видим существенный дефицит бюджета и потенциальный сдвиг ряда проектов вправо. Так, согласно последним сообщениям, будет сдвинут вправо проект строительства трассы Сочи – Джубга. Вероятно, последуют и другие примеры.
Поэтому сейчас главный вопрос уже не столько в запуске новых проектов, сколько в способности государства поддерживать такой масштаб инвестиций в течение всего цикла до 2030 г. Это делает особенно острой проблему поиска новых, альтернативных источников финансирования для решения ключевых государственных задач. Речь идет прежде всего о формировании устойчивых механизмов привлечения длинного и относительно дешевого капитала в экономику.
В этих условиях критически важным становится обеспечение доступа экономики к более дешевому капиталу через снижение стоимости кредитных ресурсов. Нужны механизмы трансформации внутренних сбережений населения и бизнеса в инвестиции для расширения участия бизнеса в реализации национальных проектов. Необходимо формировать альтернативные источники регионального и муниципального финансирования – развивать и упрощать доступ регионов и городов к долговому рынку, разрабатывать схемы софинансирования через налоговые льготы социальных проектов бизнеса в регионах. Также важно создавать межрегиональные банки и специализированные институты развития, ориентированные на инфраструктурные и инвестиционные задачи.
Фактически речь идет о необходимости перехода от модели преимущественно бюджетного финансирования к более сложной системе смешанного финансирования развития, где государственные средства становятся не единственным источником, а инструментом привлечения частного капитала и долгосрочных инвестиций для реализации стратегических задач страны.
Источник: «Ведомости»
