Александр Идрисов: Куда идет Россия: есть ли у страны свой взгляд на будущее

Член Научного совета Института экономики роста им. П.А. Столыпина, Президент Strategy Partners Group Александр Идрисов о пути развития России. Из стран бывшего СССР и партнеров нашей страны по BRICS, не говоря уже о развитых странах, собственной стратегии нет только у России, Белоруссии и некоторых среднеазиатских республик. В ежегодном ренкинге глобальной конкурентоспособности стран от швейцарской бизнес-школы IMD, который оценивает в том числе качество государственного управления, Россия в 2017 году была на 46-м месте (всего в рейтинге 63 страны), утратив по сравнению с предыдущим годом две позиции.

Куда мы идем?

Если посмотреть на международных конкурентов из числа стран BRICS, то Россия уступает (причем существенно) Китаю (18-е место) и его особым территориям: Тайваню (14-е) и Гонконгу (1-е), а также Индии (на 1 позицию выше России), — но опережает Бразилию (61-я позиция). Казалось бы, все не так плохо. Но если взять развитые страны со схожей структурой ресурсов — Канаду (на 12-м месте) или Австралию (21-я позиция), то отставание налицо. Причина — отсутствие стратегии на уровне страны, видения того, что мы хотим построить и куда идем. К сожалению, из более или менее развитых стран такая ситуация, пожалуй, только в России. Та же Канада еще с 90-х годов одной из первых стран в мире стала разрабатывать и реализовывать национальную стратегию устойчивого развития. Очень развита система госуправления и планирования в Австралии, что определяет не только теоретические успехи — высокую позицию в ренкинге, но и то, как легко эта страна, в отличие от нашей, располагающей ничуть не худшими исходными данными, проходит сквозь кризисы. Наличие четко выраженной национальной стратегии прямо влияет на эффективность госуправления. В периоды политических потрясений она, очевидно, снижается, и именно это стало причиной попадания Украины и Бразилии в хвост ренкинга. Хотя Бразилия еще буквально 8 лет назад сделала очень хорошие стратегические документы и обгоняла нас в этом исследовании. Украине сейчас не до стратегий. Идем по списку дальше — возьмем Китай, пусть даже не самый передовой материковый. Почему они на полдороги ближе нас к вершине ренкинга? Да потому что в Китае на 50 лет вперед абсолютно четко сформулировано видение, приоритеты, страна жестко направляет ресурсы на приоритетные направления. Индия презентовала свои первые наработки в области национальной стратегии устойчивого развития в начале 2000-х годов, стратегию как полноценный правительственный документ она представила несколькими годами спустя. При этом в документе заявлены не просто общие слова, а совершенно конкретные индикаторы по уровню бедности, грамотности, смертности, росту населения, росту ВВП и пр.

Ставить задачи — это полезно

Для России фиксация количественных целей пока, увы, составляет определенную проблему. При этом, как показывает практика, когда мы все же пытаемся что-то планировать, результаты не заставляют себя ждать. Так, в рейтинге Doing Business Россия была в 2010 году за пределами сотни, а сейчас — на 35-м месте. А все потому, что президентом была поставлена конкретная задача по изменению нашей позиции и чиновники целенаправленно улучшали показатели, тянувшие страну вниз. Блестящим примером такого конкретного целеполагания является Корея. Презентуя их новую стратегию, вице-премьер так и сказал: мы не креативная нация, мы не можем придумать iPhone, можем произвести отличную его копию, лучше оригинала по качеству, но это будет всего лишь копия. Поэтому в Корее власти решили изменить подход к образованию: развивать гуманитарные, творческие дисциплины, там считают, что это фундаментальное преимущество, чтобы получить креативное поколение. И это тоже взгляд на развитие: цельный и вполне, на мой взгляд, рациональный. Скептики скажут, что опыт Кореи неприменим, поскольку это не сырьевая и довольно моногамная, в отличие от России, страна. Хорошо, давайте возьмем Малайзию, многонациональную страну с большим набором религий, которой удалось за относительно короткий исторический период времени самоопределиться и превратиться из бедной аграрной страны третьего мира в государство, которое сегодня входит в двадцатку наиболее индустриально развитых стран мира, сократив уровень бедности с 47% до менее чем 1%. И все благодаря наличию стратегии. Из стран бывшего СССР ее нет только у Белоруссии, но там царит единоначалие президента, и в ряде среднеазиатских республик, в большинстве из которых — клановый строй, стратегии, как и развития, не предполагающий. Но даже там как только появляется лидер, нацеленный на рост и развитие, как это произошло в Узбекистане, сразу появляется запрос на стратегию. Причем в Узбекистане процесс разработки своего взгляда в будущее, в отличие от России, централизован. Современная и довольно эффективная система стратегического планирования выстроена в Казахстане. В ситуации, когда национальная стратегия является глобальным конкурентным преимуществом, обмен опытом со странами, преуспевшими на этом пути, мог бы существенно приблизить Россию к определению собственного видения. Надеюсь, этому сможет помочь дискуссия с зарубежными гостями на предстоящем Столыпинском форуме. Источник: Ридус  ФОТО: Владимир Тереньтев