Антон Данилов-Данильян: Наступление без сопротивления

Член рабочей группы по созданию "Стратегии роста", сопредседатель «Деловой России» Антон Данилов-Данильян  о том, почему снижение прибыльности банковского бизнеса ставит под сомнение перспективы приватизации этого сектора.  На банковском рынке затишье. После бурного 2017 года, когда за счет огосударствления Промсвязьбанка, Бинбанка и банка «ФК Открытие» доля госсектора в банковской системе нашей страны выросла с 63% до 70% (по данным рейтингового агентства АКРА), в созданный Центробанком Фонд консолидации банковского сектора больше никто не попал. Клиенты банков задаются вопросом: это пауза или финальная остановка? Отзывы лицензий продолжаются и в этом году, но пока это небольшие банки, и, по мнению ЦБ, недостойные для поглощения Фондом консолидации и не влияющие ни на конкуренцию, ни на стабильность в этом секторе. Несмотря на стремительное за последние четыре года уменьшение на 40% числа частных банков (с 859 в начале 2014 года до 512 на 15 февраля 2018-го), конкуренция в банковском секторе остается на высоком уровне. И даже в отдаленных регионах благодаря распространению интернета и финансовых технологий предприниматели, работники компаний и члены их семей могут пользоваться услугами разных банков, как частных, так и государственных. Но почему бизнес опасается огосударствления? Как известно, высокая конкуренция увеличивает количество, качество и скорость предоставляемых услуг, при этом вопрос о форме собственности соревнующихся теоретически должен отходить на второй план. Поэтому вполне можно представить себе ситуацию жесткой конкуренции среди нескольких подконтрольных государству банков при почти полном отсутствии частных. Ответ в том, что сотни тысяч российских компаний, особенно малых и средних предприятий, привыкли работать именно с частными кредитными организациями: они ценят скорость, индивидуальный подход и на практике реализованный банками принцип «знай своего клиента». Поточные технологии, «кредитные фабрики» крупнейших банков часто отталкивают предпринимателей. Доля госсектора в топ-10 российских банков составляет уже более 90%, а сообщения о грядущем выходе государства и госкомпаний из капитала многих подконтрольных им кредитных организаций звучат пока не очень убедительно. Так, 26 февраля глава ЦБ Эльвира Набиуллина отметила в Совете Федерации: «У нас KPI стоит перед менеджментом быстрее выводить (банки) на рынок, и мы понимаем, что через 2–3 года инвесторы будут оценивать финансовую отчетность этого банка, кредитные агентства будут оценивать этот банк». Наличие КРI и сроков оценки — это хорошо, но нет плана продаж. Нужен более четкий сигнал, возможно, специальный меморандум ЦБ и правительства на эту тему: как, при каких условиях, в какие сроки государство будет выходить из банковского сектора. А если в ближайшие годы этого не произойдет, то неплохо было бы описать предельные границы наступления госсектора, то есть сокращения доли и сферы деятельности частных банков. Сейчас Россия находится примерно в середине мирового рейтинга по доле государства в банковской сфере, но не хотелось бы превратиться в лидера. Это первое. Второе. Наблюдаемое и вполне объяснимое снижение прибыльности банковского бизнеса (за единичными исключениями особо выдающихся банков, например Сбербанка) не только ставит под сомнение перспективы приватизации, но и вообще не способствует капитализации этого сектора. Кто будет вкладываться в акции банков, если они так мало приносят дивидендов и в среднем очень медленно растут в цене? Как капитал банка сможет вырасти, если направляемая в него прибыль мала? Нужны мощные стимулы для роста банковского сектора и вложений в него. Здесь, видимо, не обойтись без помощи от государства, но уже не через очередные вливания средств, а, возможно, через налоговые льготы для старых и новых акционеров кредитных организаций. Эксперты готовят свои предложения, которые вскоре будут озвучены на Столыпинском форуме. Пойдет ли на это Минфин? Видимо, не сразу. Ведь накачка капитала старых и новых госбанков за счет облигаций федерального займа или центробанковских денег из Фонда консолидации — это в конечном счете тоже затраты федеральных средств, как и налоговые льготы. Источник: Iz.ru